Без тени

Марго проснулась от того, что в комнате было слишком светло. Обычно по утрам солнце пробивалось сквозь занавески тонкими полосками, а сегодня свет заливал всю комнату целиком, словно кто-то включил огромный прожектор. Марго зажмурилась и натянула одеяло на голову, но тут же села, широко раскрыв глаза.

Что-то было не так. Она огляделась. Кровать — на месте.

Письменный стол с незаконченным рисунком — тоже. Плюшевый кот Фантик на подушке — как всегда. Но всё равно что-то изменилось, только что именно?

Марго спустила ноги с кровати и встала. Пол был холодным, она поёжилась и потянулась к тумбочке за носками. И тут заметила.

На полу, освещённом утренним солнцем, не было её тени. Совсем. Марго подняла руку — стена осталась чистой.

Попрыгала на месте — ничего. Подошла к окну, встала боком, даже помахала руками, как будто дирижировала невидимым оркестром. Тени не было.

— Это же просто смешно, — пробормотала Марго вслух, хотя совсем не было смешно. В её городе — Веренске, тихом приграничном городке, где все друг друга знали, — каждую ночь происходило нечто особенное. Когда люди засыпали, их тени отделялись от них и уходили… куда-то.

Никто точно не знал куда. Просто все привыкли, что так и должно быть. «У теней своя жизнь», — говорила мама, когда Марго была маленькой и спрашивала, почему тень исчезает по ночам.

«Они работают, пока мы спим. Утром возвращаются. Так было всегда».

И действительно, каждое утро тень послушно лежала у ног или растягивалась по стене, в зависимости от того, где было солнце. Никто никогда не терял свою тень. Это было бы… странно.

Неправильно. А теперь вот — Марго стояла посреди комнаты, и солнечный свет проходил сквозь неё, не оставляя ни следа. — Мам!

— крикнула Марго, но тут же прикусила язык. Нет, маме нельзя. Мама испугается.

Или разозлится. Или что-то ещё хуже — подумает, что с Марго что-то не так. А вдруг это вообще что-то страшное?

Вдруг это болезнь? Вдруг её заберут в больницу, где врачи будут тыкать в неё странными приборами и качать головами? Марго быстро оделась — джинсы, любимая толстовка с котом и кеды.

Посмотрела в зеркало. С лицом всё в порядке: серые глаза, веснушки на носу, непослушные каштановые волосы, которые торчали во все стороны, несмотря на расчёску. Самая обычная одиннадцатилетняя девочка.

Только без тени. — Марго, завтрак!

— позвала мама из кухни. Марго глубоко вдохнула. Нужно вести себя как обычно.

Тень… тень наверняка задержалась где-то и скоро вернётся. Так ведь бывает? Наверное, бывает.

Она спустилась по лестнице, стараясь не смотреть на стену, где должна была скользить её тень. На кухне пахло блинами и мёдом. Мама стояла у плиты, напевая что-то себе под нос.

Её тень чётко рисовалась на кафельном полу — обычная, нормальная тень. — Доброе утро, соня, — мама обернулась и улыбнулась.

— Я уж думала, не разбудить тебя сегодня. — Привет, — Марго села за стол и попыталась улыбнуться как можно естественнее.

Мама поставила перед ней тарелку с блинами. Марго машинально подняла вилку — и увидела, что на столе, где должна была упасть тень от её руки, ничего нет. — Ты чего такая бледная?

— мама нахмурилась и приложила ладонь ко лбу Марго. — Температуры нет.

Голова не болит? — Всё нормально, — быстро сказала Марго.

— Просто… не выспалась. — Ну ладно.

Но если что — сразу скажешь, хорошо? — мама снова улыбнулась, но в глазах мелькнула тревога.

Марго кивнула и принялась за блины, хотя есть совсем не хотелось. В горле стоял ком. Она украдкой посмотрела на часы.

Двадцать минут до выхода в школу. Нужно придумать, как скрыть отсутствие тени от всех остальных. А что если не скрывать?

Что если спросить у кого-нибудь? Вдруг кто-то знает, что делать? Марго быстро доела, схватила рюкзак и выскочила из дома, крикнув маме «Пока!» на бегу.

На улице было солнечно. Слишком солнечно для середины октября. Дети шли в школу группками — кто-то толкался и смеялся, кто-то лениво плёлся, глядя в телефон.

У каждого из них была тень. Чёткая, тёмная, послушная.

Margot se réveilla parce que la chambre était beaucoup trop lumineuse. D’ordinaire, le soleil du matin se glissait à travers les rideaux en fines rayures dorées. Mais ce jour-là, la lumière inondait la pièce entière, comme si quelqu’un avait braqué un projecteur gigantesque droit sur elle.

Margot plissa les yeux et tira la couverture sur sa tête, puis se redressa aussitôt, les yeux grands ouverts. Quelque chose n’allait pas. Elle regarda autour d’elle.

Le lit — à sa place. Le bureau, avec le dessin inachevé — pareil. Fantik, le chat en peluche, posé sur l’oreiller — comme toujours.

Et pourtant… quelque chose avait changé. Elle ne savait pas quoi, mais elle le sentait. Margot posa les pieds par terre et se leva.

Le sol était froid ; elle frissonna et tendit la main vers la table de nuit pour attraper ses chaussettes. Et c’est là qu’elle le remarqua. Sur le sol, baigné de soleil, il n’y avait pas son ombre.

Pas la moindre. Margot leva la main — le mur resta immaculé. Elle sauta sur place — rien.

Elle s’approcha de la fenêtre, se mit de profil, agita même les bras, comme si elle dirigeait un orchestre invisible. Aucune ombre. — C’est complètement idiot…, murmura Margot à voix haute, même si ce n’était pas du tout drôle.

Dans sa ville — Vérensk, une petite ville frontalière tranquille où tout le monde se connaissait — il se passait chaque nuit quelque chose de particulier. Quand les gens s’endormaient, leurs ombres se détachaient d’eux et partaient… quelque part. Personne ne savait exactement où.

On s’était simplement habitué à l’idée que c’était ainsi. « Les ombres ont leur propre vie », disait maman quand Margot était petite et lui demandait pourquoi son ombre disparaissait la nuit. « Elles travaillent pendant que nous dormons.

Et le matin, elles reviennent. Ça a toujours été comme ça. » Et en effet, chaque matin, l’ombre était là, docile, étendue aux pieds de son propriétaire ou glissant le long du mur, selon l’endroit où tombait le soleil.

Personne n’avait jamais perdu son ombre. Ce serait… étrange. Pas normal.

Et maintenant, Margot se tenait au milieu de sa chambre, et la lumière du soleil passait à travers elle sans laisser la moindre trace. — Maman !

cria-t-elle, avant de se mordre aussitôt la langue. Non. Pas maman.

Maman aurait peur. Ou se mettrait en colère. Ou, pire encore, penserait que quelque chose ne va pas chez Margot.

Et si c’était grave ? Et si c’était une maladie ? Et si on l’emmenait à l’hôpital, là où les médecins la piqueraient avec d’étranges appareils en hochant la tête d’un air inquiet ?

Margot s’habilla à toute vitesse — un jean, son sweat préféré avec un chat, et ses baskets. Elle se regarda dans le miroir. Son visage allait bien : des yeux gris, des taches de rousseur sur le nez, des cheveux châtain indisciplinés qui partaient dans tous les sens malgré le peigne.

Une fillette de onze ans tout à fait ordinaire. À un détail près. Sans ombre.

— Margot, le petit-déjeuner ! appela maman depuis la cuisine. Margot inspira profondément.

Il fallait se comporter comme d’habitude. L’ombre… son ombre avait sûrement pris du retard quelque part et allait revenir. Ça arrivait bien, non ?

Ça devait arriver. Elle descendit l’escalier en évitant de regarder le mur où son ombre aurait dû glisser. Dans la cuisine, ça sentait les crêpes et le miel.

Maman se tenait devant la cuisinière, fredonnant doucement. Son ombre se dessinait nettement sur le carrelage — une ombre normale. Rassurante.

— Bonjour, marmotte, dit maman en se retournant avec un sourire. Je me demandais si j’allais devoir te réveiller aujourd’hui. — Salut…, répondit Margot en s’asseyant à table, essayant de sourire le plus naturellement possible.

Maman posa une assiette de crêpes devant elle.